Ирина Лазаревна Муравьева

Биография

Ирина Лазаревна Муравьёва (род. 21 сентября 1952, Москва) — писательница.

Ирина Муравьёва родилась в Москве 21 сентября 1952 года в семье переводчика Лазаря Марковича Штайнмеца и Тамары Константиновны Панкратовой. В три года лишилась матери (мать умерла от врождённого порока сердца).
После школы окончила филфак МГУ, отделение русского языка и литературы. Ученица профессора В. Е. Хализева.
В 1974 году вышла замуж за Виктора Муравьева, сына Народного артиста РСФСР Владимира Муравьёва и Зинаиды Гилельс, известного педагога игры на скрипке; родила сына. До отъезда в 1985 году на постоянное место жительства в США жила и работала в Москве. Начинала как литературовед. В соавторстве с проф. В. Е. Хализевым опубликовала две статьи о Пушкине. Переводила на русский язык стихи английских и немецких поэтов. После эмиграции начала активно печататься в газете «Русская мысль», журналах "Континент, «Грани», «Время» и многих других эмигрантских изданиях. Позднее начались регулярные публикации в России.

После эмиграции проживает с семьёй в Бостоне, где с 1972 года живёт брат писательницы, художник Леон Штейнмец, чьи работы находятся во многих галереях мира. В 2009 году в ГМИИ им Пушкина состоялась его персональная выставка.
В США преподавала в Гарварде русский язык, получила докторскую степень в Браунском университете (тема диссертации «Психология детства в творчестве Ф. М. Достоевского»). Начала писать художественную прозу («Ляля, Наташа, Тома», 1987 г.).
редактор-издатель газет «Бостонское время» (1995-‘97), «Бостонский марафон» (с 1998). В настоящее время — автор 6 романов и более 50 рассказов, один из которых вошёл в число «26 лучших произведений женщин-писателей мира» (1998).
Высокую оценку её творчества дали престижные западные и отечественные СМИ: «Le Monde», «Slavic and European Journal», «Континент», «Грани», «Литературная газета», «Октябрь», «Дружба народов» и др.

Творчество

Литературное направление Автор создаёт звучную, частично ритмизированную прозу, насыщенную синестетическими ассоциациями. Жизненная история персонажей развёртывается на протяжении длительного времени и даётся в многообразии воспоминаний, ассоциаций, социальных и личных контактов. Отсюда многоплановость произведений, нередко — несколько сюжетных линий.
Историческая тематика раскрывается автором с непривычного ракурса. В книгах писателя наибольшее внимание уделяется тому, как ход мировой истории сказывается на отдельных людях, их судьбах, их характерах, — а не тому, как личность влияет на течение мировых событий.
Духовный мир персонажей Ирины Муравьёвой неотделим от чувственного, плотского, телесного — эта чувственная цельность восприятия мира вносит в прозу элементы эротизма.
Сильнее всего на прозу Муравьевой повлияли Лев Толстой, Иван Бунин и Владимир Набоков
Ирина Муравьёва — о жанровом определении своей прозы (сказано после выхода романа «Веселые ребята»): "Недавно Дмитрий Быков говорил мне: «Ваш роман „Весёлые ребята“ — дикий роман. Вы там такую эротику устроили. Не было в 8-9-х классах 70-х годов такой эротики. Не рожали девочки за школьной партой». (В романе «Весёлые ребята» ученица восьмого класса родила ребёнка). Дело в том, что я не пишу реалистическую прозу и ничего не документирую. Детство моего романа — это не документ и не дневник детства как такового, а его метафора, которая свободна в своей фантасмагории и бесконечности. Любой гротеск помогает в создании и смешного, и страшного, любое художественно выполненное преувеличение ведёт к затаённой жизненной правде. Мне не так просто объяснить своё направление логически. Я, например, не могу сказать, отчего моя проза вдруг выстраивается в белые стихи, откуда в ней появляется этот явный ритм, в котором, разумеется, ещё меньше традиционного реализма. Я не изобретаю никаких «приёмов»: всё, что происходит в моем тексте, происходит внутри меня".

Источник Википедия




Сортировать по: Показывать:
Раскрыть всё
Антология военной литературы
Антология детской литературы
Антология современной прозы


RSS

Гекк про Брейнингер: Семнадцать о Семнадцатом [антология] (Современная проза) 04 01
Для prjanikа.
Хочется блевать - блюй. Я за абсолютную свободу. А этим уродцам - так им и надо....
Оценка: нечитаемо

prjanik про Брейнингер: Семнадцать о Семнадцатом [антология] (Современная проза) 04 01
Чудовищной силы говно. Как затесался в этот выводок литературных блядей Пелевин - непонятно. Точнее, понятно - по воле составителя сборника, той еще мразоты.
Литературных достоинств у 90% представленного в этом сборнике хлама - ноль. Дурно пахнущее варево, которое пытаются выдать за "писательское мастерство". Блевать от такого мастерства хочется.
Оценка: плохо

edik_m про Муравьева: Веселые ребята (Современная проза) 08 11
да-да , кассеты , 9-летнего Майкла Джексона и еще не созданной Секс Пистолз
Ляп на ляпе!
Оценка: плохо

julka35 про Муравьева: Веселые ребята (Современная проза) 12 07
"трагикомическое повествование" -не нашла,сорри.так испачкать и запакостить всё что только может быть в школе,лагере,молодости...фи..противно
Оценка: плохо

Lelena_Yer про Муравьева: Холод черемухи [litres] (Современная проза) 07 07
Господи, как же прекрасно она пишет. Не книга, а откровение какое-то.
Оценка: отлично!

Евдокия про Муравьева: День ангела (Историческая проза, Современная проза) 01 04
С моей точки зрения, в современной литературе с лихвой хватает громкого горестного воя, бабского визга и разнузданной пляски на останках и обломках человеческих чувств.
"День ангела" на этом фоне смотрится этаким камерным романсом на прекрасные стихи.
Эта книга и о сотрудничестве либеральной западной интеллигенции с Большим террором, и о Голодоморе, и о современных эмигрантах, и о наркотиках, и даже затронута тема японо-китайской войны (1937—1945), между прочим впервые в художественной русской литературе .
Роман полон трагизма, но также в нем много любви, той, когда человек не в состоянии справиться со своим чувством.

Nektarin про Муравьева: Веселые ребята (Современная проза) 02 09
Мне книга вообщем понравилась. Хочу ещё что-то почитать этого автора. Не нравятся её дотошные подробности в описании образов, запахов и мелких деталей, особенно когда описывает что-то неприятное, типа запаха пота. Понравился сам сюжет, и концовка хорошая добро победило зло, приятно когда книги не оставляют неприятного осадка))) Соответствие воссозданной картине 60-х годов нреальности тех лет, меня не очень волновало

Артём Елёскин про Муравьева: Неизданный Достоевский (Современная проза) 07 08
Вселенная романа нарушена, это точно.
Оценка: нечитаемо

IrrMacabre про Муравьева: Веселые ребята (Современная проза) 04 05
Дело происходит в столичной школе среднего звена, в конце 60-х годов. Школа как место действия осталась крайне размытой, такое ощущение, что «школа» - это «где-то там», она не чувствуется как место проведения уроков или занятий физкультурой. Так называемый колхоз тоже остался за пределами воображения. Единственное место, которое очень хорошо выписано, это место встречи одного из классных руководителей (простите филологическую память на имена) с прилежащими к сортиру кустами после поглощения черничного пирога. Красиво-красиво! Понравился эпизод, описывающий приезд в школу английских студентов, про туфельки, сборы на «мероприятия», сцена «английские школьники в советской столовой»…Красиво, сочно.
Персонажи. Все блеклые, размытые, даже узкоглазая Чернецкая и мощный Орлов не произвели должного впечатления, что уж говорить обо всех остальных, упоминаемых «как бы вскользь». Классные руководители выглядят просто как две какие-то тетки (я даже имена не смог запомнить), родители Наташи, вроде бы персонажи второго плана, но тоже как-то серенько. А вот две старухи просто шикарны. Реплики Усачевой я зачитывал вслух, пытаясь воспроизвести ее «дык» и «дак» через слово. Все-таки носитель диалекта как-никак. Ну и Марь Ивана, конечно. Образец самоотверженности женской натуры во имя детей и благополучия вообще. Бабкам зачОт, какгрицца. Понравились «члены роно» и прочей ереси, серая безликая масса, «товарищи»… Прелесть. Но из них очень уж сильно выделяется беременная дамочка, не сидеть ей в роно, однозначно, и не по декрету.
Фрейд. Я, конечно, не могу знать всех тонкостей отсутствия секса в Советском Союзе, но мне ни разу не кажется, что четырнадцатилетние девочки того времени были горазды вообще трахаться (простите) напропалую. Я понимаю, зов природы, все дела, но идеология, воспитание, зашоренность, партия и пр. и пр. Да и потом, ну неужели им не думалось ни о чем другом, кроме секса… Четырнадцать лет – это не тот возраст, в котором все мысли только о сексе. Да, ребенок уже взрослеет, но… Фрейд бы аплодировал стоя.
Почему, собственно, веселые ребята? Плакать надо, что ж тут веселого, бедные дети. Или, может, это аналогия с фильмом. Аналогии я что-то не приметил. Может, веселые потому, что стояк не отпускает. Или потому, что кругом одно дерьмище и концов с краями не видно. Таки нипанятна.
Читать стоит, просто потому, что это современная проза, ну и для сравнения.
Все вышесказанное ИМХО
Оценка: плохо

Ксайда про Муравьева: День ангела (Историческая проза, Современная проза) 12 03
Потрясающая книга! Всем читать обязательно!
Оценка: отлично!

Карина Любимова про Муравьева: День ангела (Историческая проза, Современная проза) 27 02
Цепляющая книга. Это не банальный, слюнявый дамский романчик, а настоящая КНИГА. Я бы отнесла это к современной классике. Наша жизнь здесь показана со всех сторон. Тут нет радужно-инфантильного настроя «Любовь – лучшее, что есть в нашей жизни», «С любовью можно преодолеть любые преграды!» или что-то в этом духе, как в теперешних современных романах, где влюбленность оправдывает все поступки героев. В этой книге читателю дается шанс самому сформировать свое отношение к поступкам героев, которые, может быть не всегда правильны.
Образы героев пугающе правдоподобны. Я более чем убеждена, что каждый прочитавший найдет частичку себя в ком-то из персонажей этой книги. Но это не значит, что образы героев типичны, или служат «вместилищем» всех человеческих качеств. Нет, кому-то характерны одни черты, кому-то другие. Если в тех книгах, которые сейчас принято называть классикой, пороки выставлены на показ в гипертрофированной форме, то в этой книге нет никаких преувеличений или преуменьшений.
Это книга о жизни. Хрупкой, неоднозначной, зачастую трудной, но от этого не менее удивительной!

Grigoriy про Муравьева: Веселые ребята (Современная проза) 04 12
Лишь только глянув на аннотацию (см цитату)
>запугивания родителей

>ханжеское морализаторство учителей

сразу становится ясно, что составитель аннотации истинный Творец. И аннотировать такой может только истинное Творчество.

Не буду я такое читать :)

tatvik про Муравьева: Веселые ребята (Современная проза) 04 12
Шыдэвр!!
Особенно когда про Пинк Флойд, Секс Пистолз и Майкла Джексона. И КАССЕТЫ.
Ну а в целом как говоритса,
Набрала в рот дерьма и плюнула.
Единица с минусом.
Оценка: плохо

X